elshanec: (Default)
- Снова вы?!

Молодой мужчина оглянулся в дверях кабинета, никого не увидел за спиной и нерешительно переступил порог.
Read more... )

НОГА

Oct. 16th, 2013 08:09 am
elshanec: (я)
Ведь у него толчковая - левая,
А у меня толчковая – пра-ва-я!
(В.Высоцкий)


Василий вышел из подъезда и поёжился – темно и холодно было во дворе. Протиснулся между машинами соседей, скользнул ужом в свою, закрыл дверь, завёл.
С пол оборота схватилась, - отметил про себя Василий, - не то, что прежняя. Старушку постоянно приходилось прикуривать. Нет, правильно, что взял. Кивнул сам себе и закурил.

Салон нагрелся чуть раньше, чем погасла сигарета.
Ну, поехали, - сказал сам себе Василий и выключил двигатель. И повторил путь в обратном направлении - ужом из своей, между машинами соседей, к багажнику. Открыл, достал самокат, поднял над головой, чтобы не поцарапать ни свою, ни чужие машины и осмотрелся – вокруг, насколько хватало глаз, стояли автомобили. Плотно. Бочком к бочку. На дороге, газонах и даже в детской песочнице, раздавленной колесами здоровенного джипа.
Красивая, подумал Василий, еще раз обласкав взглядом свою новую машину. И вздохнул.

Из-за высотки, которая чертиком выпрыгнула из-под земли меньше года назад, робко выглянули первые лучики солнца и заиграли на крышах и капотах машин, и сделали их похожими на реку. На реку, которая никуда и никогда не потечет больше.

Пора, - сказал сам себе Василий и пошел к тротуару. Там еще оставалось место. Совсем немного, но для самоката и Василия в самый раз.

Глянул на часы – шесть утра. Хорошо, что жаворонок - через сорок минут буду у метро. До основного самокатопотока, - в полголоса похвалил сам себя Василий.
И оттолкнулся правой ногой от заиндевевшего за ночь асфальта. И покатил.

ЗЫ
В колом стоящей маршрутке, подумалось - если бы помещики давали своим крестьянам через одного кредиты на покупку лошадей, были бы в крепостной России пробки?
elshanec: (Default)
- Смирно! – замполит выждал пару секунд, добился полной тишины в актовом зале и только тогда закончил, - Вольно, товарищи солдаты.
Часть выдохнула и вразнобой застучала седушками деревянных кресел.

- Не в курсе, чего вдруг собрали? - Байгушкин дернул за рукав х/б сидящего рядом киномеханика Грицоя и суетливо заерзал по креслу. Кресло было прикручено к полу, но под напором Байгушкина дрогнуло и жалобно заскрипело, - Надолго? Не в курсе? А то у меня до отбоя еще дело есть.

Киномеханик ефрейтор Грицой неопределенно пожал плечами:
- Не суетись, ща узнаем.
- А, ну, да. Курить есть?
- Ты чо? Прям здесь?
- А, ну, да. Курить просто хочется.
- Всем хочется.

- Товарищи, солдаты! – начал замполит, - В нашей части произошло ЧП!

Замполит вновь сделал паузу, оценил эффект по мертвой тишине, которая пыльным одеялом рухнула на актовый зал и продолжил:

- Мы боевая часть! Обслуживаем аэродром главнокомандующего Северо-Кавказским военным округом! Но некоторым, - замполит повысил голос до почти максимального значения, - Некоторым похер! В прямом смысле слова.

- Нууу, разошелся, - Байгушкин перестал ёрзать по креслу и приуныл, - Теперь точно до отбоя пиздеть будет.

- Сегодня в часть, пришла мать одной девицы, - продолжал замполит, - Женщина утверждает, что её дочь изнасиловали, - по залу прокатилась густая волна удивления, - Дожили, сынки! – замполит отхлебнул воды из граненого стакана и замолчал. На этот раз надолго.

- Кто?! – не выдержал с места Байгушкин.
- Да не ори ты над ухом, - ткнул его в бок Грицой, - ща узнаем.

- Ефрейтор Грицой, - голос у замполита был уставшим, но оставался командирским, - ничего сказать не желаешь?!
- Тыыы?! – Байгушкин так резко крутанулся в сторону соседа, что кресло сорвало с шурупов, - Прям в части ёб?
- Да пошел ты, - отмахнулся киномеханик от Байгушкина и стал тяжело подниматься с места.

- Чего, как замороженный, солдат? - поинтересовался замполит, - Насильничал так же медленно и печально?
- Да у нас всё по согласию, товарищ подполковник! По согласию было!
- По согласию, эт хорошо. Ну, иди сюда, не стесняйся. Расскажи товарищам.

Киномеханик Грицой неохотно поднялся на сцену и, молча, уставился в зал. Зал ждал подробностей.
- А сказать-то и нечего, солдат, – нарушил паузу замполит, - Ну, тогда я скажу. Мать потерпевшей…
- Да какая она потерпевшая! – взорвался было Грицой, но наткнулся на взгляд подполковника и утух.
- …мать потерпевшей согласилась забрать заявление из милиции, если ты женишься. Теперь есть что сказать?

Киномеханик тяжело набрал в грудь воздуха и кивнул.
- Ну, мы слушаем, - и замполит отечески окинул взглядом актовый зал.
- Я понял…
- Что именно, солдат?
- Понял, что нельзя ебать там, где живешь, и жить там, где ебёшь!

- Гкхм, - крякнул подполковник, - всё у тебя?
- А вдруг это не мой ребенок?!
- Вот, после ЗАГСа и выяснишь. Десять суток ареста, ефрейтор Грицой.

Киномеханик смотрел в противоположный конец актового зала, прямо в два черных окошечка, через которые каждые выходные крутил личному составу фильмы и киножурналы. А в свободное время…

- Не слышу, солдат, - оборвал мысли киномеханика замполит.
- Есть десять суток ареста.
elshanec: (Default)
- Ты?!
Он стоял пролетом ниже, с пакетами в руках. Один порвался и в дырку смешно выглядывал батон.
- Ты? - повторил он еще раз, будто пробуя на вкус слово, значение которого уже не помнил.
Заготовленный ответ давно был забыт ею и отвергнут. Или сначала отвергнут, а забыт уже потом? Она запуталась и промолчала.
Он тоже молчал, и от его молчания становилось холодно и совсем безнадежно.

Он стал медленно подниматься по лестнице, и каждый новый шаг давался ему труднее предыдущего.
И она сказала:
- Я... Соскучилась.

Он поставил пакеты на пол, достал из кармана ключи:
- Знаешь, а ведь я искал тебя...
- Знаю.
- ...где только можно искал...
- Я уезжала.
- ... и где нельзя, тоже искал.
- Я уезжала далеко.

Батон из порванного пакета высунулся уже наполовину и почти касался выщербленной плитки с дурацким коричневым узором.

- У тебя пакет порвался, - она наклонилась и подняла с пола пакет, придерживая его за разодранный бок. Он уже стоял в прихожей и снимал обувь - носком одного ботинка о пятку другого. Она терпеть не могла, когда он делал так, но не сейчас. И в тот момент, когда она подумала об этом, тяжелая входная дверь, продолжая распахивать перед ней крошечную прихожую, уткнулась ручкой в черную отметину на стене - он так и не прикрутил этот дурацкий ограничитель.

- Чаю хочешь?

Кивнула, молча, и вошла.
elshanec: (Default)
В то утро она проснулась от щемящего чувства тревоги. Тихонечко выскользнула из-под одеяла, подошла к окну, двумя пальцами соорудила щелочку в плотных портьерах и выглянула в пустой летний двор. Оглянулась в комнату - лучик света неуверенно крался к дивану, потом вскарабкался на подушку и замер рядом с его лицом.

Он похож на ребенка, когда спит, - улыбнулась она и опустила руку. Краешек портьеры скользнул на место и солнечная дорожка от окна к подушке исчезла. В неверных очертаниях комнаты она стала собирать свои вещи, скорее угадывая, где их можно обнаружить. Двигалась тихо, старалась не разбудить, хотя любила смотреть, как он просыпается - замирает на секунду, в которую краешки снов соскальзывают с его лица, делает глубокий вдох, словно перед прыжком в воду, задерживает дыхание и выныривает из ночи. И почти сразу улыбается.

Она наклонилась за джинсами, задела стул и тот предательски скрипнул в тишине точно так, как вскрикивает проснувшийся часовой, которому со сна страшнее вдвойне.

Только не сегодня, - зашептала она про себя скороговоркой, - пожалуйста, только не сегодня. Не просыпайся. Ну, пожалуйста!..
И он, будто услышал голос внутри нее, согласился (до вчерашнего вечера он всегда соглашался с ней) и не проснулся.

- Что значит, наверное, не люблю? - шептал он вчера, преодолевая начинающуюся пустоту.
- У меня, кроме тебя, никого нет. И не было. А вдруг мы ошиблись? Понимаешь, ошиблись на всю жизнь.

Он не понимал, а она не умела объяснить:

- Хочу научиться жить без тебя.
- Кто он?
- Никого нет. Никого, кроме тебя. И мне страшно.

И слов больше не было. И она осталась, так и не решившись оттолкнуть его руки.

Тихо прикрыла за собой входную дверь, и легкая волна воздуха тронула краешек салфетки на кухонном столе. На салфетке второпях было написано одно слово - прости. Огрызок карандаша лежал рядом.
elshanec: (Default)
Услышала шаги вверх по лестнице и соскочила с подоконника. Засуетилась, приводя себя в тщательный беспорядок, сверяясь с отражением в окне подъезда. Метнулась навстречу звуку его шагов, но снова вернулась к мутной зеркальности стекла - расстегнула пуговицу на жакете, подумала и расстегнула еще одну.
Звук шагов уже совсем близко. Максимум полтора пролёта.
Три секунды на то, чтобы найти нужное выражение лица... Ага, это подойдет.
Шаги замерли.
- Ты?!
Заготовленный ответ был забыт и отвергнут. Или сначала отвергнут, а забыт уже потом? Запуталась и промолчала. Он тоже молчал и от его молчания становилось холодно и совсем безнадежно. И она сказала:
- Я... Соскучилась.
elshanec: (Default)
Сгущенку я в детстве любил. За присест мог банку съесть, но всякий раз останавливал себя на половине - вторая половинка банки всегда вкуснее была. Потому, что завтра.
Сгущенка была еще вкуснее, если в нее добавлялась ложка какао «Золотой ярлык». Зеленая такая картонная пачка с черными буковками.
О том, что бывает еще и сгущенное какао, я слышал от мамы, и это сгущенное какао из банки представлялось мне таким лакомством, какого на свете и не бывает вовсе.

Read more... )
elshanec: (Default)
- Паси, Димок! Лодка отвязалась! Давай догоним?! - не дожидаясь ответа, Стас начал скидывать с себя одежду прямо у кромки воды. Да что там скидывать было? - сандалии и шорты - вот, и вся одежда. В полуголом виде по пионерскому лагерю ходить было нельзя, но нам можно - мама моя была в «Топольке» врачом на все три смены, я был при ней, а Стас, троюродный братец мой, приехал погостить. Пионервожатые смотрели на нас сквозь пальцы.

- Чего застыл? Уйдет же лодка!

Я смущенно переминался у кучки стасовой одежды.
- Ты чего, не умеешь плавать?!
Read more... )

ДИНКА

Jan. 18th, 2013 07:37 am
elshanec: (Default)
- Ба, ну, ба! У соседской собаки щенки родились! Давай возьмем одного, а?

- Сынок, - бабушка отвлеклась от плиты, на которой что-то вкусно побулькивало и вытерла руки о фартук, - у нас же в доме кот, куда нам еще и собаку?

Серый полосатый кот Васька сидел рядышком на табурете, внимательно вслушивался в разговор и делал вид, что ему неинтересно.

- Они такие замечательные, ну, ба!..

Года три назад у нас уже была собака, ее нам подарили взрослой. Прежние хозяева что-то долго объясняли бабушке и деду про какие-то обстоятельства и объяснили - они ушли, а собака осталась. Несколько дней псина не понимала, что теперь ее новый дом здесь и караулила у ворот. Ждала. Потом, окруженная нашей любовью, что-то поняла и пост у калитки оставила.
А через год прежние хозяева вернулись. Навестить. Псина не верила своему счастью! Но ее потрепали за ухом, дали гостинцев и снова ушли, не рассчитав сил, громко хлопнув калиткой.
На следующий день собака улучила момент и выскользнула за ворота. Я бежал за ней квартал, я очень быстро бегал, но опоздал. Эта картинка до сих пор перед глазами у меня - пустой перекресток, собака на середине дороги и резкий вскрик тормозов. Бежать дальше было не зачем.

На шум из калитки выскочил дед, увидел меня, облегченно выдохнул и, увидев слезы, спросил, чего реву? А я, я только вытянул руку в сторону перекрестка и сказал - там...

И прошло сколько-то лет. Может, три.

- Ладно, - бабушка повернула краник комфорки и голубые язычки под кастрюлькой пыхнув напоследок, потухли, - Только уговор, за щенком будешь ухаживать сам.

Потянулась за кошельком на холодильнике, достала из него медный пятак:
- Держи.
- Так они же бесплатно отдают.
- Держи, говорю, так положено - хоть пятачок, а заплатить надо. Иначе собака в доме не приживется.

Кот Васька внимательно проследил за тем, как пятак перекочевал из бабушкиной руки в мою ладошку и понял, что ничего вкусного ему на сегодня у плиты не светит. Кот нарочито безразлично зевнул и вышел из кухни, сверкнув неожиданным зеленым цветом шерстки в солнечном пятне, которое уютно разлеглось прямо под табуреткой.

Так в нашем большом деревянном доме появился маленький щенок. Динка.

Динка была московской болонкой. Не чистокровной, но кому это было важно? Значение имели лишь ее мокрый нос, розовое пузико с черными родимыми пятнышками и веселый нрав. Динка охотно принимала участие во всех моих забавах, но от кухни старалась далеко не уходить - на кухне была бабушка, миска с едой и вредный Васька, поэтому сначала его миска, а потом уже своя.

Динка оказалась на редкость жадной до еды и делиться с какими-то котами не собиралась.
Однажды, встав на задние лапы, стащила со стола пачку маргарина и сожрала. Вместе с оберткой. Потом собаку тошнило на только что купленную малиновую дорожку на поролоновой основе. Бабушка грозилась убить воровку, но Динка посмотрела на хозяйку больными глазами, была прощена и отмыта, а жирное пятно на дорожке так и осталось.

Мыться Динка терпеть не могла, поэтому большую часть года ее длинная шерсть была грязной от дворовой пыли и напоминала войлочные дреды воинственных кельтов. Но когда собаку удавалось заманить в корыто, оказывалось, что шерсть у Динки кипельно-белая.
Расчесывать себя псина разрешала только бабушке и выходила из ее рук круглым белым шаром. Шерсть, оставшуюся на щетке, бабушка бережно складывала в целлофановый пакет:
- Свитер свяжу тебе, - говорила она мне, - собачья шерсть, она, знаешь, какая? Ни один мороз не страшен.

Пушистым белым шаром Динка оставалась недолго - свинья везде грязь найдет, улыбалась на любимицу бабушка и сокрушенно вздыхала.

В один из таких белых и пушистых дней Динка исчезла. Я обыскал все закоулки, обошел с пацанами соседние дворы, дедушка клеил на углах квартала объявления... Через месяц мы поняли, что собаки у нас больше нет.

- Отец! Иди скорее! - бабушка вскрикнула и замолчала.
Дед бросил строгать что-то в сарае и, как был с рубанком в руках, так и выскочил во двор - он любил бабушку, хоть и ругался с ней каждый день по всяким мужским поводам. Но бабушку он любил больше поводов. Выскочил из сарая и остановился - с бабушкой было все в порядке. Почти. Бабушка сидела на краешке лавки и плакала - перед ней, молча, сидела Динка.

- Вся в репьях, на шее обрывок веревки, а в глазах слезы, - так дед потом рассказывал мужикам про день, когда к нам вернулась собака.


P.S.
Разбирал шкаф, наткнулся на свитер, связанный бабушкой из собачьей шерсти. Хотел про написать одно, а вышло совсем про другое. Вы уж простите.
elshanec: (ежик)
Андерс Брейвик, 33-летний гражданин Норвегии, после отбоя не ложился спать. Дождавшись, когда в коридоре стихнут шаги надзирателей, он накинул махровое полотенце на ночник и только после этого щелкнул выключателем – белое пятно света от энергосберегающей лампы выхватило из полумрака камеры аккуратную стопочку листов формата А4. Брейвик осторожно, чтобы не скрипнуть, присел на стул и принялся аккуратно выводить буквы. Поначалу выходило плохо – пальцы, привыкшие к клавишам лэп-топа, решительно не желали слушаться. Но упорству Андерсу было не занимать.

Милый дедушка, и пишу тебе письмо. Поздравляю вас с наступающим рождеством и желаю себе…
Тут Брейвик задумался, помусолил во рту гибкую резиновую ручку и принялся составлять список требований. За этим занятием и застал его надзиратель тюрьмы «Ила».

- все пишешь?

Узник одиночной комфортабельной камеры оставил вопрос без ответа, лишь сгорбился и, как школяр, прикрыл листок локтем.
- и кому если не секрет? – вежливо продолжил разговор надзиратель, сделав вид, что не заметил высокомерного молчания обитателя камеры.
- секрет, - огрызнулся Брейвик и скороговоркой пробурчал себе под нос, перечитывая из начала письма – …милый дедушка, один ты у меня остался заступник…

- и кто ж тебя, сироту, обидел? – профессионально заинтересовался тюремщик, по привычке расслышав произнесенную шепотом фразу.
- да ты и обидел! Вы!.. Вы все унижаете меня здесь каждый день!!
- например?
- зубы чистить и бриться только в присутствии персонала, - начал загибать пальцы Брейвик, - тотальный шмон камеры и личный досмотр каждый день. Деревянную швабру для уборки камеры не дают…
- по инструкции не положено, - попытался оправдаться надзиратель.
- а ручка?! Нормальная человеческая ручка, а не эта резиновая хуйня! Тоже по инструкции?!
- в целях безопасности Вас и персонала.
- чистой воды садизм! Так и напишу, - и Брейвик с удвоенной энергией застрочил по листу:

Через одного садисты здесь, милый дедушка! А третьего дня была мне выволочка. Директор тюрьмы выволок меня из камеры и при всех, ПРИ ВСЕХ, зачитал распорядок дня, который я себе составил и требовал от персонала его соблюдения. Он читал, а все ржали! Ну, и не сдержался я, крикнул, что ненавижу! Толерантность эту проклятую, Евросоюз и селедку норвежскую, тоже ненавижу! Селедку особенно. И откуда она взялась в моих руках, ума не приложу. Только очнулся я, когда уже начал ейной мордой директора в харю тыкать!

С тех пор, милый дедушка, кофе горячий мне не подают. Они ведь что выдумали – завтрак из основного корпуса доставлять. И пока из основного корпуса его доставят, это уже не кофе, помои!

- зря ты так, - заглянул Брейвику через плечо надзиратель.
- не лезь! Кто тебе дал право нарушать мое жизненное пространство?!
- извините, я машинально, - неожиданно перешел на вы надзиратель, - больше не повторится.
- конечно, не повторится! Уволят тебя завтра. Как есть уволят.

Приезжай, милый дедушка, - уже подходил к финалу Брейвик, - и забери меня отседа. Христом Богом прошу. Пожалей ты меня сироту несчастную. Скука здесь такая, что и сказать нельзя. Всё плачу.

- Натко вот, отправь, - Брейвик протянул надзирателю упругий конверт, - там 27 листов и опись вложена. Смотри, если адресат не досчитается!
- как можно?!
- знаю я вас. А в прочем, знаю. Поди, и вскрывать не станете, либералы несчастные.
- как можно?!
- что ты заладил своё какможно?
- виноват!
- ну, ступай уже, - как-то сразу успокоился Брейвик.
- а по какому адресу, изволите? Вы адрес забыли указать, - уже от дверей поинтересовался тюремщик.
- вот же деревенщина! Сами догадаться не можете? Ладно, давай уже, - Брейвик подскочил к надзирателю, выдернул из его рук конверт, прижал к стене и старательно вывел:

В королевский дворец, Херальду V лично в руки.

http://ria.ru/world/20121124/912048723.html
elshanec: (ежик)
Нас привели в баню. Точно помню, подходили строем, заходили уже вразнобой. И как-то сразу разделись все, и понять, кто мы и почему строем шли, уже трудно. Да и некогда – полчаса на помывку.

Обычная советская баня – проплешины в кафеле, цинковые шайки, крашеные ржавые трубы, за кипятком нужно стоять в очереди. Отвык я стоять в очередях. Давно отвык. Осматриваюсь, ищу место куда приткнуться.

- Мыло подай!
- Я?
- Ты, ты! Чо башкой вертишь, пидор.
- Да на!! – мыло летит в фиксатую рожу. Еще вдогонку с левой. Глухой стук головы о кафельный пол. Недоумение на лицах голых людей комично. Недоумение это хорошо - есть пара секунд форы. Выскакиваю в предбанник – в следующий раз помоюсь!

Уверен, выходить нужно через окно. Одежду в охапку. Моя, нет, разберусь потом. Закрашенные масленой краской рамы распахиваются с треском. Осколки форточки сыпятся позади на подоконник. Проскочил. И замер на секунду - запах… Разбуди среди ночи, я его сразу узнаю, запах зоны. Даже если солнце и голубое небо, он, как чугунная крышка накрывает тебя сверху.

Почему я здесь? Как?!..
Чувак! Быстро вспомнил номер исправительного учреждения и как зовут хозяина – это я сам с собой на ходу разговариваю. Вслух. Голос реальный, всё остальное нет, - это не может быть правдой! Это ошибка!
Добежал до угла здания, перешел на шаг. Дыхание в норме, волосы пригладил. Мокрые? Кому какое дело почему? Да и спрашивать особо некому – пусто вокруг. Или нет? В метре от поворота, меня, как током – что делаю?! Нужно обратно, там, в бане точно не зона была.
А фиксатый? Не ссы пацан, решим.
Последние мысли додумываю на бегу. Вот оно, окно это!

Влез. Мужики голые, но не те. Или просто память на лица плохая? Нет, точно не те мужики. На меня никто внимания не обращает. Хотя, нет, за спиной громкий шепот:
- Смотри, мужик потерялся, - шептанул кому-то и этот кто-то хихикнул. Баском так и всхрюкнул даже.

Сунулся в одну дверь, в другую – не та баня! Окно то же, форточка с огрызками стекла, а помещения не узнаю!! Попал.

Снова на улице. Крадусь вдоль дома, как преступник какой. Вины не чувствую, а страшно до жопы.
Паренек у калитки курит, сигарету ладошкой прикрывает, будто дождь. Провожу ладонью по лицу – и вправду дождь. Когда успел, не заметил.
Подхожу, открываю рот, но вопрос задать не успеваю.

- ИТ 3521, - говорит паренек, понимающе улыбается и протягивает зажигалку, - Вечерняя поверка через 10 минут. Забыл?
Зажигалка ложиться в ладонь шершавым корпусом. Он чуть изогнут, словно над огнем держали. Для чего такая неудобная форма, спрашивать постеснялся. Да уже и не кого – ушел паренек. Хлопнул себя по карманам – ни одной сигареты.

Выхожу за калитку, мне нужно, очень нужно, чтобы сейчас во мне не опознали беглеца. Откуда беглеца? От кого? Но шаг замедляю, лицо попроще и взгляд пустой – как у всех. Они не обращают, и мне на них внимания жаль.

Левая рука сжимает в кармане изогнутый корпус зажигалки. Идиот! Руки в карманах – это вызов. А стычка не нужна мне сейчас. Хватит уже на сегодня. Непонятно еще, кого я там, в бане приложил. Выдергиваю руки, будто кипяток в карманах. Ладони к ушам, еще бабушка учила. Где теперь она и, главное, я где?

Привокзальная площадь. Стайка людей в военной форме с хохотом заходит в шашлычную. Патруль! Документов у меня нет, это я выяснил, еще когда сигареты в карманах искал. Денег нет тоже. И одет не по сезону. Отличная мишень! Склоняюсь над лотком, где «все по 10 рублей», краем глаза давлю косяка на солдат с красными повязками «патруль» на рукавах кителей. Вроде не заметили. Дверь за последним солдатиком захлопывается. Быстрым шагом иду к платформе.

- Электропоезд проследует со всеми остановками, кроме… - какой идиот придумал эту фразу?! Как остановки могут быть все, если есть и «кроме»? Бред! Чистый бред вокруг. Или вокруг всегда так?

Пассажиры штурмуют электричку, как в войну. Меня приподнимает от земли и несет к дверям. Если упаду между вагонами, никто не заметит. Никто, кроме меня. Опять это «кроме». Автоматические двери вздыхают и захлопываются за спиной. Билета у меня нет. Да и кто в такой давке проверяет билеты? Да хоть бы и проверили – расплатиться могу лишь зажигалкой с шершавым изогнутым корпусом. Этот уродец до сих пор в моем кармане. И то ли я держусь за него, то ли он меня держит здесь.

- Следующая станция – Новослободская.
- Нормально, - проносится у меня в голове, - это кольцевая. На следующей мне выходить.
И тут же обрываю себя – блять! ЭЛЕКТРИЧКИ НЕ ЕЗДЯТ ПО ТОННЕЛЯМ МЕТРО!!!

И просыпаюсь. Окно настежь, осколки форточки на полу, мокрая одежда рядом с кроватью. Когда начался этот сон? В тот момент, когда от сквозняка разбилась форточка? Но тогда сон раскручивался в обратном направлении, а потом из начала скакнул к финалу. Или нет? Или я по-прежнему сплю.

Нужно встать с кровати и закрыть окно. Простые действия обычно успокаивают, но не сейчас. Осколки стекла поблескивают в темноте пола, как десятки маленьких выходов куда-то. Я и они – одни в этой темноте. И в руке что-то – зажигалка с кривым шершавым корпусом. Подарок.
elshanec: (ежик)
с этим текстом принял участие в конкурсе. здесь: http://prazdnik-zizni.livejournal.com/95325.html?view=1092701#t1092701

текст не новый, а хорошо забытый старый.

Хлысть слева! Голова – в одну сторону, очки – в другую. И тут же – коленом в грудь.
Бля-а-а-а!! больно-то как…
Меня мудохали в подворотне. Трое. Точнее, один держал, двое мудохали.
И тут я увидел квадрат света. И из света закричали:
- Вы чего творите?! Я милицию вызываю!
И все закончилось.

Голос оказался молодой женщиной. И она вышла из света.

- Извините, воды можно?
- Конечно. За что они тебя так?
- Сам виноват.
- Вот видишь, он сам! – рядом с женщиной из темноты вырос мужчина, - говорил я тебе, не связывайся. Попил? Иди себе!

Потом я искал в темноте очки и когда нашел, тут же выбросил. По дороге домой думал только об одном – цела ли камера с репортажем? А лицо, что, лицо заживет.

На тот момент трудовые будни проституток были описаны мною по-всякому. Хотелось сделать сюжет для центрального телевидения. Камеру одолжил у друга, и точку для съемки выбрал хорошую – торговый павильон. Из него было отлично видно и девочек, и тех, кто за ними подъезжает. Продавец был знакомый. Снимать разрешил. Только я не предупредил, что хочу снимать ментов. Крышу.

Сижу на корточках и снимаю через окно, как подъезжают клиенты, расплачиваются с сутенерами и забирают девчонок. Мне нужна была другая машина и другие люди. Те, что забирают у сутенеров деньги. И машина подъехала.

Выходят двое. Разговаривают с сутенером. И тут в кадре появляется проститутка и пальцем тычет в павильон. Из машины выходит еще один, и троица движется в сторону меня.
- Твою мать!
Скидываю камеру продавцу и покупаю у него бутылку. Дверь павильона открывается со звоном колокольчика.

- Вот ты и герой вестерна, - промелькнуло где-то в пятках, куда уже успела ссыпаться душа.
- Слышь ты, муфлон! Камера где?!
- Парни, какая камера? Водка вот, а камеры нет.
- Выйдем.
И мы вышли за павильон.
- На, смотри! – в лицо мне вылетела рука с красной корочкой.
- Ух-ты! А я думал, бить будете.
- Успеется, - миролюбиво пообещали мне.
- Короче, нам нужна кассета. А проблемы нам не нужны. Мы из налоговой полиции.
- А че, проститутки налоги стали платить? – глупо пошутил я.
- Да въеби ему, Леха и всех делов! – не выдержал тот, что слева.
- А меня Дима зовут и с вашим начальником мы не то, чтобы каждую пятницу водку пьем, но бывает, беседуем. По душам.
- Вот и я с тобой… по душам. Ты нам – кассету. Мы тебе – отсутствие проблем.
- Так у меня вроде нет.
- Могут случиться.

- Слышь, борзый, давай-ка в машину! – подал голос тот, что справа, - ты тут всех девок распугал. Щас на другую точку подъедем, лично будешь нам телку оплачивать! Точнее, вот ему, - и правый ткнул пальцем в левого, - он дембельнулся вчера. Хотели ему подарок сделать. Теперь ты сделаешь.

Парни профессионально посадили меня в машину так, чтобы я не смог выпрыгнуть на ходу. И машина тронулась. Через 10 минут мы были у сауны гостиницы Московская.
Баня эта славилась тем, что работала круглосуточно и однажды банщик на мой вопрос, можно ли у вас тут помыться, ответил – можно, только у нас воды нет.
Проститутки в этой бане были всегда.

Выходим из машины. Я отлично вижу милиционера на посту у Правительства области. Милиционер напряженно смотрит в другую сторону.
Меня заводят в подворотню… ну, дальше выше по тексту.

Меня начало колотить по дороге назад. Захожу в павильон.
- Живой?! – обрадовался продавец.
- Частично.

Из-под прилавка появляется видеокамера, целая и невредимая.

- Они тут 20 минут назад были, требовали кассету. Я не отдал.
- Сочтемся, - говорю. И тут же жму плэй. А пленка пустая!
- Ты чё сделал-то?! Зачем кассету затер?!!
- Да ладно, чувак, ты просто на рекорд не нажал.

Грамотный, в общем, продавец оказался. Зачем ему проблемы? И по всему выходило, что неравный бой с коррупцией я принял в профилактических целях. Бесплатно.

Утром снял побои в травмпункте. Зафиксировал сотрясение мозга (мозг, оказывается, был у меня) и отправился в налоговую полицию. Прямо в синяках. Замначальника лично проводил меня в отдел кадров, где я полдня изучал фотки сотрудников.
Опознание не удалось – трудно вспомнить людей, которых видел в темноте. Особенно когда бьют.

В газетах про этот случай не писали. И саратовская пресса от отсутствия интересных событий начала терять тиражи. Налоговую полицию вскоре расформировали. А проститутки остались.

БАЙКИ ВАГИНЫ. ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
БАЙКИ ВАГИНЫ. ЧАСТЬ ВТОРАЯ
БАЙКИ ВАГИНЫ. ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
elshanec: (Default)
Он бесконечно может смотреть на огонь, воду и на то, как кассир отсчитывает Его зарплату. Боже! Сколько раз в мыслях своих Он убивал кассира, прятал тело и усаживался на скрипучий стул, который еще хранил чужое тепло.
Каждого пятого и двадцатого Он боится, что однажды сделает это на самом деле и тогда Ему останутся только вода и огонь. Не так уж и мало, но меньше на треть, чем до убийства.

Но соблазн слишком велик и тогда Он пытается представить себя сразу и тем, кто выдает, и тем, кто получает, и ставит подпись напротив своей фамилии в ведомости. Но тут же душа Его начинает метаться между тонкой стеклянной перегородкой с надписью КАССА и, чтобы не выдать преступности мыслей своих дрожью в голосе, блеском глаз или еще каким досадным пустяком, от которого зависит жизнь человеческая, Его жизнь, Он выходит успокоиться в Битцевский парк. Бесконечно.
elshanec: (Default)
Через двое суток томления на сборном пункте областного военкомата и тряске в плацкартном вагоне, доверху забитым пьяными призывниками, Сергей оказался в учебной части города Камышина.

Каждый день после обеда парень отпрашивался у сержанта и бежал на почту, здесь же при части. Становился в хвост длиннющей очереди из таких же, как и он салабонов и получал свой конверт без марки.

- Вот видишь, уже три недели пролетели и скоро я приеду к тебе на присягу, - писала девушка, - наши все только о тебе и спрашивают. Ждут от тебя весточки. Сам понимаешь, о том, что в твоих письмах, я им рассказать не могу. Придумываю о твоих похождениях, а они смеются! Говорят, такое только в кино бывает. Ты бы написал им чего-нибудь. Ладно, пока! Скоро увидимся.

финал )
elshanec: (Default)
Через двое суток томления на сборном пункте областного военкомата и тряске в плацкартном вагоне, доверху забитым пьяными призывниками, Сергей оказался в учебной части города Камышина.

Каждый день после обеда парень отпрашивался у сержанта и бежал на почту, здесь же при части. Становился в хвост длиннющей очереди из таких же, как и он салабонов и получал свой конверт без марки.

- Вот видишь, уже три недели пролетели и скоро я приеду к тебе на присягу, - писала девушка, - наши все только о тебе и спрашивают. Ждут от тебя весточки. Сам понимаешь, о том, что в твоих письмах, я им рассказать не могу. Придумываю о твоих похождениях, а они смеются! Говорят, такое только в кино бывает. Ты бы написал им чего-нибудь. Ладно, пока! Скоро увидимся.

финал )

МЕСТЬ

May. 17th, 2011 06:29 pm
elshanec: (Default)
Городской парк незаметно пустел. По дорожкам уже ходили смотрители и предупреждали отдыхающих - через полчаса закроются все выходы. Припозднившиеся за разговорами мамаши собирали ребятишек с качелей и горок. Некоторых сорванцов приходилось тащить к воротам парка почти волоком под аккомпанемент горьких рыданий и уговоров о сладостях к ужину.

Сумерки наваливались на город медленно, но в парке всегда темнело быстрее. Этой маскировкой пользовались многочисленные парочки, которые прятались от смотрителей в глухих уголках парка. Не беда, что ворота закроют уже через несколько минут – мальчишки знают здесь все потайные лазейки.

рассказываю дальше )

МЕСТЬ

May. 17th, 2011 06:29 pm
elshanec: (Default)
Городской парк незаметно пустел. По дорожкам уже ходили смотрители и предупреждали отдыхающих - через полчаса закроются все выходы. Припозднившиеся за разговорами мамаши собирали ребятишек с качелей и горок. Некоторых сорванцов приходилось тащить к воротам парка почти волоком под аккомпанемент горьких рыданий и уговоров о сладостях к ужину.

Сумерки наваливались на город медленно, но в парке всегда темнело быстрее. Этой маскировкой пользовались многочисленные парочки, которые прятались от смотрителей в глухих уголках парка. Не беда, что ворота закроют уже через несколько минут – мальчишки знают здесь все потайные лазейки.

рассказываю дальше )

Profile

elshanec: (Default)
elshanec

November 2013

S M T W T F S
      1 2
3 4 5 678 9
10 11 12 13 1415 16
17 18 19 20 2122 23
24 25 26 27282930

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 23rd, 2017 08:49 am
Powered by Dreamwidth Studios