elshanec: (Default)
Начальника караула, старший прапорщик Александр сокрушенно вздыхает - последнее время среди тех, кого приходиться этапировать, неординарные личности встречаются все реже.

- В начале восьмидесятых мне пришлось конвоировать диссидента. Так у него только личных дел было восемьдесят томов! Мы ими одну камеру битком набили. А еще вместе с ним в ящиках следовала его библиотека. Одни научные труды. Осужденный этот был сотрудником института ядерной физики.

Разговорились. И зек этот спокойно так говорит, мол, пару дней назад к нему в СИЗО на свиданку американский сенатор приходил. Ну, думаю, понесло мужика. Формулы в голову ударили. Но разговор не прекращаю, когда еще с профессором поговорить доведется?

На станции вышел, купил «Аргументы и Факты», смотрю, а наш подопечный там интервью столичному журналисту дает и как раз про эту встречу с сенатором. Не обманул. Мы его тогда подробнее расспрашивать стали, за что срок-то получил?!

Оказалось – досталась ученому по наследству прекрасная коллекция картин. И положил на нее глаз один гэбешник. Спать спокойно перестал, так тянулся к прекрасному. Ну, и придумал – состряпал дело о шпионаже. Ученый-то по заграницам частенько мотался. Вот и доездился на симпозиумы.

Не знаю, врал он мне или нет на счет картин, только потом я его по телевизору видел – в Штаты эмигрировал.
А сейчас мы все больше убийц, воров и наркоманов возим. Был, правда, еще случай - в наш этап попала девушка совсем молоденькая.

Статья нестандартная – взятка. Девчонок обычно за кражи и наркотики закрывают. А тут – взятка! Да кто этой пигалице деньги придумал давать?! А главное, за какие услуги?

Представляешь, она сессию двоечникам за деньги закрывала! Сейчас этим никого не удивишь, а тогда – диковинка. Погорела на ничтожной сумме. Даже жалко её.

За окном показалась станция, где мне нужно было выходить. Начальник караула, словно проводник пассажирского поезда, предупредил - пора собираться.

- Может, поедешь с нами до конечной? Там такие места красивые!
- Спасибо. Лучше вы к нам!

ЭТАП
СТОЛЫПИНСКИЙ ВАГОН
СТОЛЫПИНСКИЙ ВАГОН 2
elshanec: (Default)
Начальника караула, старший прапорщик Александр сокрушенно вздыхает - последнее время среди тех, кого приходиться этапировать, неординарные личности встречаются все реже.

- В начале восьмидесятых мне пришлось конвоировать диссидента. Так у него только личных дел было восемьдесят томов! Мы ими одну камеру битком набили. А еще вместе с ним в ящиках следовала его библиотека. Одни научные труды. Осужденный этот был сотрудником института ядерной физики.

Разговорились. И зек этот спокойно так говорит, мол, пару дней назад к нему в СИЗО на свиданку американский сенатор приходил. Ну, думаю, понесло мужика. Формулы в голову ударили. Но разговор не прекращаю, когда еще с профессором поговорить доведется?

На станции вышел, купил «Аргументы и Факты», смотрю, а наш подопечный там интервью столичному журналисту дает и как раз про эту встречу с сенатором. Не обманул. Мы его тогда подробнее расспрашивать стали, за что срок-то получил?!

Оказалось – досталась ученому по наследству прекрасная коллекция картин. И положил на нее глаз один гэбешник. Спать спокойно перестал, так тянулся к прекрасному. Ну, и придумал – состряпал дело о шпионаже. Ученый-то по заграницам частенько мотался. Вот и доездился на симпозиумы.

Не знаю, врал он мне или нет на счет картин, только потом я его по телевизору видел – в Штаты эмигрировал.
А сейчас мы все больше убийц, воров и наркоманов возим. Был, правда, еще случай - в наш этап попала девушка совсем молоденькая.

Статья нестандартная – взятка. Девчонок обычно за кражи и наркотики закрывают. А тут – взятка! Да кто этой пигалице деньги придумал давать?! А главное, за какие услуги?

Представляешь, она сессию двоечникам за деньги закрывала! Сейчас этим никого не удивишь, а тогда – диковинка. Погорела на ничтожной сумме. Даже жалко её.

За окном показалась станция, где мне нужно было выходить. Начальник караула, словно проводник пассажирского поезда, предупредил - пора собираться.

- Может, поедешь с нами до конечной? Там такие места красивые!
- Спасибо. Лучше вы к нам!

ЭТАП
СТОЛЫПИНСКИЙ ВАГОН
СТОЛЫПИНСКИЙ ВАГОН 2
elshanec: (Default)
Пока я в сопровождении конвойных прогуливался по коридорчику, на кухне подоспел завтрак. Чем же в пути кормят зеков? Заглядываю на кухню и глазам не верю - самый настоящий плов. Украшен сверху зеленым лучком, чай с сахаром, белый хлеб!.. Повар, заботливо раскладывает по тарелкам порции и машинально поправляет кобуру.

- и давно вы так заключенных кормите?

Повар даже не понял сначала вопроса. Но со смехом справился быстро.
- ты чего, на самом деле решил, что мы будем корячиться на камбузе ради ЭТИХ?! Да нам только одних дров килограммов двести заготовить пришлось. Так что извини, хавчик – для нас. Тебе побольше, поменьше?

- А чем же зеки в дороге питаются? - не унимаюсь я.
- Им перед отправкой на этап сухой паек выдают. Кому хлеб с сахаром, а кому и тушенка перепадает. В камере они обычно все в общий котел сваливают и централизованно затем между собой распределяют. При мне еще ни один зек на этапе от голода не умер.

После обильного завтрака выхожу покурить в тамбур и спотыкаюсь о пару лыж.

- Это кто же у вас любитель лыжных прогулок?
- А это конвою по уставу положено зимой возить с собой лыжи, - отвечает полковник - вдруг кто из этапируемых побег совершит.

Полковник заботливо убирает лыжи с прохода в угол тамбура.

- Да ерунда это полная! Если и сбежит кто, не будешь же за ним на этих ходулях по степи шастать. А на вокзале, если побежит, так это вообще смех... Представь себе конвойного на перроне, на лыжах!.. Смешно?! А мне вот не очень...

- И часто бегут из столыпина?
- Один побег на моей памяти был. В московском карауле. Беглеца нашли на вторые сутки. Вот раньше из спецвагонов никто убежать не мог. За всю мою службу ни одного ЧП!

И полковник три раза стучит по лыжам.


ЭТАП
СТОЛЫПИНСКИЙ ВАГОН
elshanec: (Default)
Пока я в сопровождении конвойных прогуливался по коридорчику, на кухне подоспел завтрак. Чем же в пути кормят зеков? Заглядываю на кухню и глазам не верю - самый настоящий плов. Украшен сверху зеленым лучком, чай с сахаром, белый хлеб!.. Повар, заботливо раскладывает по тарелкам порции и машинально поправляет кобуру.

- и давно вы так заключенных кормите?

Повар даже не понял сначала вопроса. Но со смехом справился быстро.
- ты чего, на самом деле решил, что мы будем корячиться на камбузе ради ЭТИХ?! Да нам только одних дров килограммов двести заготовить пришлось. Так что извини, хавчик – для нас. Тебе побольше, поменьше?

- А чем же зеки в дороге питаются? - не унимаюсь я.
- Им перед отправкой на этап сухой паек выдают. Кому хлеб с сахаром, а кому и тушенка перепадает. В камере они обычно все в общий котел сваливают и централизованно затем между собой распределяют. При мне еще ни один зек на этапе от голода не умер.

После обильного завтрака выхожу покурить в тамбур и спотыкаюсь о пару лыж.

- Это кто же у вас любитель лыжных прогулок?
- А это конвою по уставу положено зимой возить с собой лыжи, - отвечает полковник - вдруг кто из этапируемых побег совершит.

Полковник заботливо убирает лыжи с прохода в угол тамбура.

- Да ерунда это полная! Если и сбежит кто, не будешь же за ним на этих ходулях по степи шастать. А на вокзале, если побежит, так это вообще смех... Представь себе конвойного на перроне, на лыжах!.. Смешно?! А мне вот не очень...

- И часто бегут из столыпина?
- Один побег на моей памяти был. В московском карауле. Беглеца нашли на вторые сутки. Вот раньше из спецвагонов никто убежать не мог. За всю мою службу ни одного ЧП!

И полковник три раза стучит по лыжам.


ЭТАП
СТОЛЫПИНСКИЙ ВАГОН
elshanec: (Default)
Спецвагон ждет пассажиров в огороженном бетонными плитами пространстве. Поверх – колючая проволока и сигнализация. Автозак загоняется в «отстойник» через железные ворота и подгоняется вплотную к вагону. Посадка «пассажиров» происходит быстро – вместо проводника – конвойный с автоматом. В помощь ему - кинолог с ротвейлером.

Последний зек пересаживается в вагон. Машины отваливают от «столыпина» и начальник караула приглашает нас в тюрьму на колесах. Дверь за моей спиной закрывается, и я оказываюсь в одном пространстве с людьми, которых самый гуманный суд в мире приговорил к лишению свободы.

Нас проводят в лучшее купе. Начальник караула уступил. Повар приносит чай в подстаканниках. Грею руки о теплые бока граненого стакана и начинаю работать.

- родственники приходят проводить осужденных?
- да кто ж им скажет, когда этап пойдет?! А если кто-то из родных и появится за забором во время посадки, то во-первых, абсолютно ничего не увидит через забор. А во-вторых, мы будем точно знать, что от кого-то в СИЗО ушла информация об этапе. Служебное расследование в таких случаях обязательно.

- Кого охранять труднее мужчин или женщин?
- Без разницы. В зонах обычно женщин охраняют женщины. И скажу тебе по секрету, контролеров-женщин зечки боятся больше чем мужчину охранника. Одного взгляда бывает достаточно, чтобы конфликт потушить.

В этот момент вагон дергается – нас подхватила маневровая кукушка. За окном заканчивается забор с колючкой и появляется привокзальный пейзаж. Но зеки этого не видят – в столыпине окна для контингента не предусмотрены. Нас цепляют в хвост состава Ленинград-Воркута. Шутка.

- Есть одна льгота в женских колониях – продолжает полковник, - во время побега по женщине стрелять законом запрещено. Только в случае угрозы жизни охранника.

- Посадочных мест в столыпине сколько?
- Сегодня везем тридцать человек. Сам же видел - в камерах сидят по четыре, пять осужденных. Но если надо, в спецвагон можно поместить и 75 заключенных. С одной оговоркой – время в пути не более 12-ти часов. Санитарные нормы больше не позволяют.

- Я заметил, в одном «купе» - единственный «пассажир». Эта девушка представляет угрозу для окружающих?
- Физической угрозы не представляет. ВИЧ-инфицирована она. И никто не может поручиться за ее безопасность и спокойствие всего этапа, если девушку поместить в общую камеру.

Кстати о беспорядках. Караул, который сопровождает осужденных в пути, состоит из восьми человек. Все они вооружены дубинками и пистолетами - автомат в ближнем бою и на ограниченном пространстве бесполезен. Дежурная смена, прежде чем начать прогуливаться по коридору вдоль камер, облачается в бронежилеты - вдруг кто из зеков пронес в вагон заточку?..

Для особо буйных есть карцер. Узкий, темный стальной пенал, который наглухо закрывается металлическими шторками. В стальную нору даже заглядывать страшно.

Бодрствующие зеки с любопытсством наблюдают за моими передвижениями по вагону. Для них появление человека с воли – развлечение. Увидев в моих руках камеру, один зэка сверкает фиксой:

- Слышь братан, сфотай меня с корешом на обложку. А мы тебе за это баек расскажем!

- Отставить! – полковник строго смотрит сначала на зека, потом поворачивается ко мне, - они тебе сейчас понарасскажут. И про то, что сироты с детства, и про то, что сидят ни за что… У нас же в зонах ни за что сидят! Да?! – полковник смотрит зэку в глаза.

- Обижаешь начальник, - гундосит здоровенный детина со второго яруса и со смешливым чертом в глазах отворачивается к стене.

Мы отходим от камеры.

- Между прочим, у него - 18 лет за убийство, - полковник уютно располагается в купе за столом и вытирает руки салфеткой, - Обедать будешь?

(Продолжение следует).

ЭТАП
elshanec: (Default)
Спецвагон ждет пассажиров в огороженном бетонными плитами пространстве. Поверх – колючая проволока и сигнализация. Автозак загоняется в «отстойник» через железные ворота и подгоняется вплотную к вагону. Посадка «пассажиров» происходит быстро – вместо проводника – конвойный с автоматом. В помощь ему - кинолог с ротвейлером.

Последний зек пересаживается в вагон. Машины отваливают от «столыпина» и начальник караула приглашает нас в тюрьму на колесах. Дверь за моей спиной закрывается, и я оказываюсь в одном пространстве с людьми, которых самый гуманный суд в мире приговорил к лишению свободы.

Нас проводят в лучшее купе. Начальник караула уступил. Повар приносит чай в подстаканниках. Грею руки о теплые бока граненого стакана и начинаю работать.

- родственники приходят проводить осужденных?
- да кто ж им скажет, когда этап пойдет?! А если кто-то из родных и появится за забором во время посадки, то во-первых, абсолютно ничего не увидит через забор. А во-вторых, мы будем точно знать, что от кого-то в СИЗО ушла информация об этапе. Служебное расследование в таких случаях обязательно.

- Кого охранять труднее мужчин или женщин?
- Без разницы. В зонах обычно женщин охраняют женщины. И скажу тебе по секрету, контролеров-женщин зечки боятся больше чем мужчину охранника. Одного взгляда бывает достаточно, чтобы конфликт потушить.

В этот момент вагон дергается – нас подхватила маневровая кукушка. За окном заканчивается забор с колючкой и появляется привокзальный пейзаж. Но зеки этого не видят – в столыпине окна для контингента не предусмотрены. Нас цепляют в хвост состава Ленинград-Воркута. Шутка.

- Есть одна льгота в женских колониях – продолжает полковник, - во время побега по женщине стрелять законом запрещено. Только в случае угрозы жизни охранника.

- Посадочных мест в столыпине сколько?
- Сегодня везем тридцать человек. Сам же видел - в камерах сидят по четыре, пять осужденных. Но если надо, в спецвагон можно поместить и 75 заключенных. С одной оговоркой – время в пути не более 12-ти часов. Санитарные нормы больше не позволяют.

- Я заметил, в одном «купе» - единственный «пассажир». Эта девушка представляет угрозу для окружающих?
- Физической угрозы не представляет. ВИЧ-инфицирована она. И никто не может поручиться за ее безопасность и спокойствие всего этапа, если девушку поместить в общую камеру.

Кстати о беспорядках. Караул, который сопровождает осужденных в пути, состоит из восьми человек. Все они вооружены дубинками и пистолетами - автомат в ближнем бою и на ограниченном пространстве бесполезен. Дежурная смена, прежде чем начать прогуливаться по коридору вдоль камер, облачается в бронежилеты - вдруг кто из зеков пронес в вагон заточку?..

Для особо буйных есть карцер. Узкий, темный стальной пенал, который наглухо закрывается металлическими шторками. В стальную нору даже заглядывать страшно.

Бодрствующие зеки с любопытсством наблюдают за моими передвижениями по вагону. Для них появление человека с воли – развлечение. Увидев в моих руках камеру, один зэка сверкает фиксой:

- Слышь братан, сфотай меня с корешом на обложку. А мы тебе за это баек расскажем!

- Отставить! – полковник строго смотрит сначала на зека, потом поворачивается ко мне, - они тебе сейчас понарасскажут. И про то, что сироты с детства, и про то, что сидят ни за что… У нас же в зонах ни за что сидят! Да?! – полковник смотрит зэку в глаза.

- Обижаешь начальник, - гундосит здоровенный детина со второго яруса и со смешливым чертом в глазах отворачивается к стене.

Мы отходим от камеры.

- Между прочим, у него - 18 лет за убийство, - полковник уютно располагается в купе за столом и вытирает руки салфеткой, - Обедать будешь?

(Продолжение следует).

ЭТАП

Profile

elshanec: (Default)
elshanec

November 2013

S M T W T F S
      1 2
3 4 5 678 9
10 11 12 13 1415 16
17 18 19 20 2122 23
24 25 26 27282930

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 20th, 2017 06:18 pm
Powered by Dreamwidth Studios